Часто пережившим насилие говорят, что их абьюзивный партнер «просто был травмирован», «ничего не может с собой поделать» или «воспроизводит свою травму». Друзья, психотерапевты и даже сам абьюзер могут настаивать: он не хотел причинять вам вреда, просто он сам страдает. Но что если это объяснение не имеет отношения к действительности?

Десятилетия исследований и эксперты в области домашнего насилия рисуют совершенно иную картину. Абьюз — это не симптом эмоциональной неуравновешенности. Это выбор. Это не эмоции, которые вышли из-под контроля. Это осознанный контроль над другими людьми.

Травма не приводит к абьюзу

Один из самых устойчивых мифов заключается в том, что абьюз — это прямое следствие неразрешенной травмы, особенно травмы из-за насилия в детстве или наблюдения за домашним насилием в родительской семье.

Да, опыт насилия в детстве статистически повышает вероятность, что человек будет абьюзером во взрослой жизни. Но это не значит, что такой опыт и есть причина.

Большинство людей, пострадавших от насилия в детстве, не причиняют вреда другим, когда вырастают. И многие абьюзеры не сообщают о каком-либо опыте насилия в своем прошлом. Пережитая боль не оправдывает причинение вреда другим.

То же самое относится и к психическим заболеваниям. Хотя у значительного числа абьюзеров есть расстройства личности, особенно нарцисcическое и антисоциальное, у многих абьюзеров нет никаких симптомов диагностируемых расстройств. И даже те, у кого есть расстройства личности, все равно несут ответственность за свои действия. Психические заболевания могут сосуществовать с абьюзом, но, опять же, это не делает их причиной.

Исследование Дональда Даттона среди абьюзивных людей показывает, что у некоторых из них есть страх быть брошенными, основанная на стыде идентичность и проблемы эмоциональной регуляции, связанные с детским опытом. Эти факторы могли сформировать то, как они строят отношения с другими людьми, но это не лишает их свободы выбора. Большинство из них все равно выбирают когда, где и как совершать абьюз. Они прекрасно регулируют свои эмоции рядом с друзьями, коллегами по работе и представителями власти. Проблема не в том, что они не могут этого делать, а в том, что они этого делать не хотят.

Некоторые абьюзеры могут утверждать, что у них есть ПТСР из-за пережитого в детстве насилия, и хотя это и может быть правдой, очень часто это способ вызвать к себе жалость и избежать ответственности. Если они используют свой опыт, чтобы оправдать или извинить абьюз, то это просто манипуляция.

Абьюзеры часто искажают свою историю жизни, преувеличивают свои прошлые травмы, изображают себя жертвами изменявших или предавших их бывших, чтобы оправдать собственную жестокость и отмахнуться от критики.

Пострадавшим и специалистам всегда нужно задавать один простой, но необходимый вопрос: для чего они рассказывают свою историю? Для того, чтобы исцелиться, или для того, чтобы объяснить свое насилие?

Проблема с историей про «травмированного абьюзера»

Есть большое искушение поверить, что кто-то срывается и становится агрессивным из-за внутренних страданий, особенно если он рассказывает историю тяжелого детства, предательств и проблем с психическим здоровьем. Пострадавшие часто разрываются между страхом и состраданием. Начинает казаться, что если любить его больше, то он сможет исцелиться и перестанет причинять боль.

Однако эта история причиняет больше вреда, чем пользы. Она позволяет абьюзерам выходить сухими из воды. Она переносит внимание с причиненного ими вреда на ту боль, которую, как они утверждают, переживают они сами. Это позволяет выставить насилие случайным срывом, а не осознанным и целенаправленным поведением.

Специалисты, которые непосредственно работают с преступниками, осужденными за домашнее насилие, многократно говорили о том, что большинство абьюзеров психологически совершенно «нормальны». Они могут себя контролировать. Они не испытывают невыносимую внутреннюю боль. И они прекрасно понимают, что делают.

Их действия — это продолжение их системы убеждений. Эти убеждения говорят им: «Мне можно тебя контролировать. Я имею право тебя наказывать. Твои чувства, потребности и независимость не так важны как мои».

Даже если у абьюзеров есть такие психологические особенности как проблемы эмоциональной регуляции или травмы привязанности, о чем говорит исследование Дональда Даттона, это не освобождает их от ответственности.

Подобные данные лишь могут помочь нам понять некоторые виды эмоциональной уязвимости, которые характерны для абьюзеров, но они не являются определяющим фактором того, решит ли человек подвергать других насилию.

Абьюз — это не срыв, а закономерность

Одно из главных заблуждений в отношении абьюза — это миф о том, что насилие партнера сводится к срыву, неконтролируемой ярости, внезапной вспышке. Но домашнее насилие практически никогда не ограничивается единичными случаями физической агрессии. Гораздо чаще речь идет о последовательном контроле, который проникает во все сферы повседневной жизни и растет со временем.

Это объясняет концепция «принудительного контроля», предложенная социологом Эваном Старком. Принудительный контроль — это медленное, удушающее уничтожение свободы, автономии и безопасности человека. Он включает постепенную изоляцию от друзей и семьи. Контроль над тем, как вы тратите деньги. Просмотр ваших сообщений в телефоне. Критику того, как вы справляетесь с родительскими обязанностями. Газлайтинг с целью заставить вас сомневаться в своих воспоминаниях. Эмоциональную отстраненность в качестве «наказания». Угрозы возможными последствиями. Постоянный переход от доброты к жестокости и снова к доброте.

Это не случайность. Так и задумано. Абьюзеры понимают, что делают. Они создают обстановку, в которой пострадавшая будет чувствовать растерянность, зависимость и страх, даже если у нее нет ни одного синяка.

Контроль со стороны абьюзера — это стратегия

Один из явных признаков преднамеренности абьюза — это то, как абьюзеры умеют «переключаться».

Многие пострадавшие описывают ситуации, когда их партнеры, казалось бы, потеряли контроль над собой, были охвачены яростью и внушали ужас, но стоило кому-то постороннему войти в комнату, и абьюзер тут же становился совершенно спокойным и собранным.

Они могут орать и ломать вещи дома, но на работе — это уравновешенные и доброжелательные сотрудники. Сегодня они плачут о своей ужасной прошлой травме, а завтра смеются над вами, называя «слишком чувствительной».

Абьюзер может крушить все вокруг в припадке гнева, но почему-то страдают только ваши вещи, а не то, чем он сам дорожит. Он знает, что делает. Он знает, какова цена. И он знает, когда нужно остановиться. Такое селективное поведение — это не утрата контроля.

Не психические проблемы, а проблемные убеждения

Контролирующее поведение не является чем-то естественным, люди с ним не рождаются, это то, чему они учатся с течением времени.

Многие абьюзеры впитывают идеи о важности контроля и доминирования из СМИ, в родительской семье и в религии. В первую очередь, это касается идей о традиционных гендерных ролях. Например, мальчиков могут воспитывать на идее, что они должны быть «сильными», что выражать эмоции — это слабость, или что важно быть «главой семьи», то есть быть главнее других людей в семье.

Некоторые убеждения, которые приводят к насилию, могут звучать так:

«Если тебя не уважают, нужно поставить их на место».

«Мой долг следить за тем, чтобы она ничего не испортила».

«Если она виновата, нужно преподать ей урок».

«Я просто напоминаю, как правильно себя вести, чтобы не забывалась».

Эти убеждения не возникают в вакууме. Они передаются, поддерживаются, нормализуются и не только в семьях, но и в целом в культуре, которая часто оправдывает и даже прославляет контроль, ревность и доминирование в отношениях.

Но, опять же, даже если людей чему-то учат с детства, их не заставляют действовать в соответствии с этими идеями. Многие из тех, кто вырос с ужасными примерами для подражания, все равно выбрали уважение, сострадание и эмоциональную ответственность. Абьюзеры выбрали другое.

Почему это важно

Когда мы покупаемся на миф о «травмированном абьюзере», то есть риск, что мы начнем оправдывать то, что оправдать нельзя. Есть риск, что мы сосредоточимся на боли абьюзера, а не на безопасности жертвы. И есть риск, что мы будем поддерживать порочный круг, когда пострадавшая продолжает надеяться, прощать и ждать исцеления, которое никогда так и не наступит.

Если вы пережили домашнее насилие, то важно, чтобы вы знали — причина абьюза не в вас, вы не могли его предотвратить, и это не потому, что ваш абьюзер слишком травмированный и не контролирует себя. Это произошло потому, что он верил в то, что у него есть право причинять вам вред. И он принял решение причинить вред.

Отказ от этого мифа не делает вас холодными и неспособными любить. Это просто помогает открыть глаза. Это помогает не перекладывать ответственность на травму, стресс или саму себя, а вернуть ее на место — абьюзеру, который решил причинить вред.

Ссылки

Stark, E. (2007). Coercive Control: The Entrapment of Women in Personal Life. Oxford University Press.

Dutton, D. G. (2006). The Abusive Personality: Violence and Control in Intimate Relationships. Guilford Press.

Источник: Shadowsofcontrol.substack.com