suzzan_blac

Часто считается, что в случае попытки изнасилования женщина обязательно будет активно сопротивляться и кричать. Если пострадавшая этого не делала, то ее могут обвинить в согласии на действия насильника или во лжи. Известны случаи, когда суды оправдывали мужчин, обвиненных в изнасиловании, только потому, что пострадавшие не закричали. Однако в реальности все не так просто – в случае попытки изнасилования многие люди испытывают непроизвольный мышечный паралич, и в этом случае они физически не способны защищаться.

Новое шведское исследование, проведенное Каролинским институтом и Южной центральной больницей Стокгольма, подтвердило распространенность такого паралича. Согласно исследованию, большинство женщин, которые перенесли изнасилования, были неспособны двигаться, их способность к физическому сопротивлению была фактически временно заблокирована.

Более того, исследование показало, что паралич во время изнасилования связан с повышенным риском развития посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) или тяжелой депрессии у пострадавшей женщины.

Данное явление называется «тоническая неподвижность». Это непроизвольное временное состояние обездвиженности мышц в ответ на очень сильный страх. К сожалению, об этом состоянии редко знают не только обыватели, но и медицинские специалисты и представители правоохранительных органов, что часто усиливает недоверие к пострадавшим.

То, что тоническая неподвижность возможна во время чрезвычайной ситуации известно уже давно, также известен и нейробиологический механизм этого явления. Впервые тоническая неподвижность была описана у животных, замирающих в ситуации сильного испуга, например, при нападении хищника. В таких случаях иногда говорят, что животное «притворилось мертвым».

Такое «замирание» происходит, когда миндалина – структура мозга, отвечающая за страх, начинает сигнализировать мозгу об опасности. Это происходит чрезвычайно быстро, и люди неспособны контролировать этот процесс сознательно. В результате, мозг готовит организм к возможному побегу – глаза широко раскрываются, зрачки расширяются, обостряется слух, напрягаются мышцы. Организм готовится к реакции «бежать или сражаться», однако одновременно с этим процессом в префронтальную кору головного мозга выделяются вещества, сигнализирующие о стрессе. Префронтальная кора – это отдел мозга, отвечающий за рациональное мышление, однако резкие изменения в химическом составе могут временно нарушить ее деятельность. Это, в свою очередь, может временно лишить способности к осознанным действиям.

Это одна из тех причин, почему в армии приняты очень интенсивные и повторяющиеся учения – без отработанных до автоматизма действий риск замирания на поле боя будет слишком высок. Однако у женщин, как правило, нет отработанных привычных действий для борьбы с насильниками.

Другим людям, да и самим жертвам, такая реакция может казаться непонятной и даже непостижимой. «Почему она не закричала?», «Почему не выбежала из комнаты, когда была такая возможность?». Однако эти вопросы предполагают нормальное функционирование префронтальной коры – люди представляют, как будут вести себя в своем обычном состоянии, но в ситуации реального нападения состояние может измениться.

Если же мозгу кажется, что побег невозможен, то наступает тоническая неподвижность, когда людей в буквальном смысле парализует страх. В состоянии тонической неподвижности люди неспособны ни говорить, ни двигаться, ни кричать. Мышцы напрягаются, но не двигаются. У некоторых в таком состоянии наблюдается онемение рук.

Докторка Моллер и ее команда провели исследование среди 298 женщин, которые обращались в клинику экстренной помощи для пострадавших от изнасилования в Стокгольме в течение месяца после сексуального насилия.

Около 70% участниц описали тоническую неподвижность во время изнасилования, при этом 48% женщин описали крайнюю форму тонической неподвижности.

«Суды могут не верить в то, что изнасилование произошло, если жертва не сопротивлялась, — говорит ведущая авторка исследования, докторка Анна Моллер. – Однако то, что могут интерпретировать как пассивное согласие, скорее всего, является нормальной и ожидаемой биологической реакцией на серьезную угрозу».

Она считает, что при оказании помощи пострадавшим от сексуального насилия всегда нужно оценивать, была ли у них тоническая неподвижность.

Через шесть месяцев после нападения среди 189 женщин провели обследование на симптомы ПТСР и депрессии. Среди этих женщин у 38,1% развилось ПТСР, и у 22,2% развилась тяжелая форма клинической депрессии. Исследовательницы пришли к выводу, что тоническая неподвижность увеличивает риск развития ПТСР в 2,75 раза, а также увеличивает риск развития тяжелой депрессии в 3,42 раза.

Исследование также показало, что тоническая неподвижность чаще встречалась у женщин, которые ранее уже переносили психологическую травму и обращались за помощью в связи с психическим здоровьем.

По словам авторки исследования: «Эти данные говорят о том, что тоническая неподвижность встречается гораздо чаще, чем считалось ранее. Эта информация полезна для правоохранительных органов и судов, а также это важная информация для самих жертв изнасилования. Эти данные можно включить в программу образования студентов медицинских и юридических факультетов».

Известны и другие возможные реакции в ситуации изнасилования. К ним также относятся предобморочное состояние и обморок из-за резких скачков давления и сердцебиения. Из-за предобморочного состояния некоторые жертвы говорят, что испытывали «сонливость», что, как правило, вызывает сильное недоверие к их словам: «Как можно быть сонной во время изнасилования?»

Другая реакция, которая присутствует в подавляющем большинстве случаев – это диссоциация: отключение от происходящего, чувство нереальности, эмоциональное и физическое онемение, ощущение, что все это происходит не с тобой.

Сами пострадавшие редко осознают, что это была непроизвольная реакция на нападение и ужас перед реальной угрозой жизни. Часто им кажется, что они «не сумели» оказать сопротивление, и они могут винить себя за это и стыдиться. Они могут даже сомневаться, можно ли называть случившееся изнасилованием, если они ничего не сделали, чтобы защититься.

«Когда он начал стаскивать с меня штаны и белье, все мое тело словно застыло, – рассказывает писательница Джеки Гонг. – В моей голове пронеслись миллионы мыслей, а потом все прекратилось, мой разум уплыл куда-то в безопасное место, и я лежала в его машине, окаменевшая и тихая». Другая женщина, которая перенесла изнасилование, пишет: «В первую очередь, я чувствую себя такой глупой за то, что замерла на месте и не убежала раньше».

Лора Паламбо, директор по коммуникации Национального ресурсного центра по борьбе с сексуальном насилием (США), говорит, что люди, работающие с пережившими изнасилование, знают, что паралич во время нападения является нормальной реакцией. Однако важность нового исследования в том, что оно показало, как часто такая реакция встречается в действительности.

Источники: Independent, Washington Post, Huffington Post

Поддержите наш проект: