насильник

Изнасилование не является естественным для мужчин. В противном случае большинство мужчин были бы насильниками, а это не так. Тем не менее, ответы мужчин-студентов, которые участвовали в исследовании фонда Ms., показывают, насколько шокирующе часто встречаются сексуальная агрессия и изнасилования среди образованных мужчин среднего класса.

Как и при исследовании среди женщин, в опросе не употреблялось слово «изнасилование». Вместо этого респондентам предлагались описания конкретных действий. Например: «Вы когда-нибудь совершали половой акт с женщиной, когда она не хотела этого, используя угрозы или определенную физическую силу?»

В течение года до проведения опроса 2971 мужчина, учащийся в колледже, совершили: 187 изнасилований, 157 попыток изнасилований, 327 случаев принуждения к сексу и 854 случая нежелательных сексуальных контактов. Около 8% опрошенных мужчин изнасиловали или пытались изнасиловать женщину после достижения ими 14 лет. Всего 75% опрошенных сказали, что они никогда не принуждали женщину к сексуальным актам, которых она не хотела.

Насильники отличились от мужчин, не проявлявших насилия, по нескольким характеристикам. Они гораздо чаще выпивали 1-2 раза в неделю или чаще и напивались 1-3 раза в месяц или чаще. Насильники чаще описывали свою семейную обстановку как очень строгую, где случаи семейного насилия (когда родители били детей или друг друга) происходили не реже 1-2 раз в месяц.

Сексуальные ценности насильников и не насильников тоже различались. Насильники говорили, что они каждый день обсуждают с друзьями «какой та или иная женщина будет в постели», и они «очень часто» читали такие журналы как Плейбой, Пентхаус, Хастлер и так далее. Мужчины, которые насиловали, также говорили, что они одобряют половой акт в любых обстоятельствах, независимо от того, как давно мужчина и женщина знают друг друга. В среднем насильники впервые занимались сексом в 15 лет, в то время как средний возраст первого сексуального контакта не агрессивных мужчин составлял 17 лет.

Исследование показало, что мужчины, которые совершили изнасилование, гораздо чаще верили в мифы, оправдывающие изнасилования. Они также воспринимали женщин как своих соперниц, поддерживали стереотипные половые роли, считали профилактику изнасилований ответственностью женщин и принимали смешение агрессии и сексуальности за норму.

Так же как женщины описывали те изнасилования, которые они пережили, так же и мужчины описывали те изнасилования, в которых они участвовали. В некоторых отношениях описания мужчин и женщин совпадают. Большинство мужчин были знакомы с женщинами, которых они изнасиловали (85%). В более чем в половине случаев изнасилование произошло во время свидания. Большинство мужчин (74%) принимали алкоголь или наркотики перед этим случаем. Только в 2% случаев, описанных мужчинами, об изнасиловании было заявлено в полицию. …

Хотя взгляды насильников знакомых женщин и мужчин, которые не насилуют, были различны, во всех остальных отношениях между мужчинами из этих двух групп было много общего. В колледже они могут сидеть за одной партой на лекциях, они могут состоять в одном и том же братстве, играть за одну и ту же спортивную команду, вместе состоять в студенческих советах.

В «реальном» мире у мужчин обоих типов может быть хорошая работа, они могут нравиться окружающим, ими могут восхищаться. По большей части, между двумя группами мужчин было больше общего, чем различий.

Просто обычный парень

Карен, которая сейчас работает адвокатом, училась в престижном женском колледже, когда ее изнасиловал мужчина, с которым она познакомилась через своих подруг по общежитию. Через несколько лет, во время последнего года учебы, ее изнасиловал другой мужчина, которого она тоже знала. Сейчас, когда после изнасилований прошло более 10 лет, Карен понимает, насколько они оба были не похожи на популярные стереотипы о насильниках.

Оба парня были типичными Джо Обычными. Первый был довольно привлекателен, второй – не слишком. Оба были образованными и красноречивыми. Ничто в их поведении не говорило о том, что это насильник. Им обоим, особенно в свободной атмосфере 1970-х, вовсе не нужно было насиловать женщин, чтобы заняться сексом.

Однако мужчины, которые совершают изнасилования на свиданиях, могут быть больше, чем «Джо Обычными». Тоня описывает своего насильника как «высокого, привлекательного, мускулистого и очаровательного». Она познакомилась с ним в клубе. Ее подруга сказала ей, что он «красавчик». Мужчина перезвонил ей через несколько дней, чтобы договориться о свидании на выходных. «Это сразу подняло мне самооценку», — вспоминает Тоня, «казалось, что я ему действительно понравилась, моя сестра и моя подруга считали, что мне очень повезло». Через какое-то время Тоня отчаянно дралась и сопротивлялась, когда «красавчик» попытался изнасиловать ее.

Можно предположить, что насильники просто стремятся к «нормальному» впечатлению, и поэтому они научились копировать поведение «обычных» парней в качестве прикрытия. Однако исследования показывают, что это не так. Насильники знакомых женщин являются обычными парнями. Лучше всего это демонстрирует исследование Юджина Кэнина, проведенное среди 71 мужчины, которые признались в совершении изнасилования на свидании. Все респонденты были белыми студентами. Их действия включали проникающий половой акт, который сопровождался применением силы или угрозами ее применения против женщины, которая не давала согласия на секс.

Большинство респондентов были из среднего класса и их проблемы с полицией были минимальными. «В отношении предыдущей криминальной активности… эти мужчины были «типичными» студентами колледжа», сообщает Кэнин. «Были случаи вандализма, мелких краж, нарушения правил дорожного движения, случаи, связанные с употреблением алкоголя или марихуаны. У них не было истории насильственных преступлений…. Среди них не было импульсивного поведения и криминальных тенденций, которые часто встречаются среди осужденных насильников». Только на шесть респондентов из 71 изнасилованные ими женщины подали заявление в полицию. Во всех этих случаях женщины в дальнейшем отказались от продолжения расследования. Во всех случаях насильники говорили, что они планировали и надеялись на соблазнение в результате свидания.

В этом исследовании были выявлены различия между насильниками и контрольной группой мужчин. Насильники гораздо чаще лгали женщинам о том, что они их любят; делали им предложение, хотя не собирались вступать в брак; а также пытались напоить женщин, чтобы заняться с ними сексом. Насильники в среднем чаще испытывали оргазм: 1,5 раз в неделю по сравнению с 0,8 раз в неделю в контрольной группе. Несмотря на это «поведение сексуальных хищников», мужчины-насильники гораздо чаще оценивали свою сексуальную жизнь как неудовлетворительную.

Только шесть насильников, участвовавших в исследовании, считали, что они заслуживают (но не хотят) тюремного заключения. Две трети насильников считали, что вина за изнасилование лежит на жертве. Некоторые насильники, описывали обстоятельства инцидента в качестве оправдания изнасилования – они были пьяны, слишком возбуждены сексуально и так далее.

Кэнин приходит к выводу, что мужчины, совершающие изнасилования на свиданиях, — это «продукты социализиации в очень эротически ориентированной группе сверстников, которая происходит в средней и старшей школе». По его мнению, такая социализация продолжается в колледже, где такие мужчины находят группы других мужчин, которые поддерживают и укрепляют их взгляды. «В результате, они воспринимают сексуальные завоевания как необходимое условие чувства собственной значимости», — утверждает Кэнин. …

Поведение мужчин после совершения изнасилования

Согласно статистике исследования фонда Ms., 84% мужчин, которые совершили изнасилование, считали, что их действия однозначно не были изнасилованием.

Поведение мужчин, совершивших изнасилование знакомой женщины, часто полностью противоречит той жестокости и агрессии, которой они только что подвергли женщину. Некоторые насильники пытаются помочь женщине одеться или прикрывают ее сразу же после изнасилования. Некоторые начинают галантно настаивать на том, чтобы проводить ее до дома, говоря, что идти по улице одной слишком опасно. Другие признаются ей в любви и начинают обсуждать развитие их отношений. Некоторые пытаются поцеловать жертву на прощание и уверяют, что скоро ей позвонят. (Некоторые действительно звонят и приглашают на еще одно «свидание»). Говоря кратко, многие мужчины вообще не понимают, что они совершили изнасилование.

Дэниз и Эйприл могут подтвердить, что отношение мужчин к изнасилованию диаметрально противоположно восприятию женщин. Дэниз изнасиловали в конце 1970-х годов, это был «друг ее подруги», все произошло в ее квартире. Он игнорировал ее громкие протесты, он прижал ее к кровати всем своим телом, он душил ее. После эякуляции он сразу заснул, и она убежала, отправившись домой к подруге. Когда утром обе женщины вернулись в квартиру Дэниз, мужчины там уже не было.

Он оставил мне записку с нарисованной улыбкой. В записке было написано: «Дэниз, я проснулся, но тебя не было. Увидимся позже! Хорошего дня! Боб».

Через несколько минут зазвонил телефон. Это был радостный голос Боба. Кажется, я назвала его ублюдком или засранцем, и я сказала, чтобы он никогда не звонил мне больше, и бросила трубку. Он перезвонил позже и спросил удивленным голосом: «Эй, а в чем дело-то?»

Эйприл тоже изнасиловал мужчина, который явно не понимал, что произошло. Он был ее новым знакомым, и он предложил ей свою помощь с переездом в новую квартиру. Они никогда не ходили на свидания, и у них не было сексуальных отношений. Он толкнул ее так, что она упала на пол, ударил ее голову об угол, они боролись, пока он не изнасиловал ее. «Пенетрация была очень насильственной», — говорит она. «Когда все закончилось, он спросил меня, всегда ли я дерусь во время секса. Я не думаю, что ему приходило в голову, что он изнасиловал меня».

Иногда, если насильники понимают, что это изнасилование, они сразу же начинают исключать любую возможность, что жертва кому-нибудь расскажет о том, что произошло. Такой мужчина будет хвастаться перед своими друзьями, что он «получил» женщину, чтобы все вокруг быстро узнали, что у них был секс. Именно так поступил мужчина, который изнасиловал Нину, и когда она подала заявление в полицию, то он послал ей письмо от своего адвоката, в котором сообщил, что подаст на нее в суд за клевету. «Я не могла в это поверить!» — говорит Нина. «Впервые после того, что случилось, я по-настоящему разозлилась и перестала винить саму себя, после этого я начала приходить в норму». Нина позвонила его адвокату. Когда она рассказала ему, что именно произошло, то он принес ей свои извинения и сказал, что отказывается от этого дела.

Иногда женщины сталкиваются с насильниками после изнасилования, и мужчины выражают самые разные эмоции – от невинности до вины или гнева. Тришу в 17 лет изнасиловал ее школьный друг, и она продолжала видеть его на школьных и социальных мероприятиях. «Через три месяца он заговорил со мной. Он сказал: «Мне жаль, мне действительно жаль». Я просто повернулась и ушла. Я ничего не сказала».

Насильник Мэгги жил в ее родном городе, и он начал буквально преследовать ее, когда она выдвинула обвинения в изнасиловании. Он ехал рядом на машине, когда она шла по улице, и кричал ей разные оскорбления, например, «сука», или просто смеялся. Он всюду следовал за ней на машине. Он следовал за ней, когда она ехала на машине или шел прямо за ней в местном магазине. Однажды он даже сидел за дверью офиса, в котором она проходила собеседование о приеме на работу. Наконец, окружной прокурор обратился к адвокату мужчины, и оскорбления частично прекратились. Впоследствии, его оправдали от обвинений в изнасиловании.

Как мужчин учат насиловать

«Изнасилование – это не какая-то форма психопатологии, от которой страдает небольшое количество мужчин», — говорит ведущий образовательных семинаров по проблеме изнасилований на свиданиях, Пай Бэйтман. «На самом деле, изнасилование не сильно отличается от того, что мы считаем социально приемлемым и социально желательным мужским поведением».

Различия между мужчинами, которые насилуют знакомых женщин, и мужчинами, которые этого не делают, частично зависят от того, верят ли они тем догмам, которым учат большинство мальчиков – о том, что настоящий мужчина должен вести себя как «мачо» в худшем смысле этого слова. Некоторые исследователи называют эту отличительную черту фактором «гипермаскулинности». Другие ученые называют мужчин, которые принимают такое поведение, «фанатиками мужественности».

Почти все мужчины контактируют с этой сексуальной индокринацией, и к сожалению, некоторые действительно начинают следовать ей. Их представления формируются другими мужчинами: отцами, дядями, дедушками, тренерами, молодежными лидерами, друзьями, членами братства, даже поп-звездами. Мальчиков учат с помощью постоянных вербальных и невербальных намеков, что они должны сфокусироваться и постоянно думать о сексе, что они должны воспринимать женщин как объекты, с помощью которых получают секс, а не как равноправных партнеров, у которых есть собственные желания и предпочтения.
Мальчики учатся, что они всегда должны сами инициировать сексуальную активность, что они могут встретиться с нежеланием со стороны девочек, но что они должны его игнорировать и продолжать настаивать, уговаривать, не сдаваться, и в конечном итоге, обязательно получить то, что они хотят. Они начинают воспринимать женщин как своих противников, которых надо завоевывать, и учатся использовать свои физические и социальные преимущества, чтобы подчинять себе более слабых, менее значимых людей.

Это то, что большинство мальчиков – не только будущие насильники – узнают о сексуальности. Практически не упоминается, что секс – это взаимодействие между двумя людьми, которые принимают в этом равное участие и вместе получают удовольствие. Лишь немногие мальчики могут увидеть пример положительных сексуальных отношений среди окружающих их мужчин.

Исследование Вирджинии Гриндлингер и Донн Бирн показывает, в какой степени распространено следование этой мужской социализации среди 114 мужчин-студентов. В этом исследовании мужчин спрашивали, согласны или не согласны они с серией утверждений о половых ролях и сексуальности. Вот некоторые из полученных данных:

«Я предпочитаю относительно маленьких женщин» — 93,7% согласны.

«Мне нравится доминировать над женщиной» — 91,3% согласны.

«Мне нравится завоевание как часть секса» — 86,1% согласны.

«Некоторые женщины выглядят так, как будто напрашиваются на изнасилование» — 83,5% согласны.

«Меня возбуждает, когда женщина сопротивляется во время секса», — 63,5% согласны.

«Было бы приятно использовать силу, чтобы подчинить женщину», — 61,7% согласны.

Такой взгляд на секс и женщин поддерживается и усиливается в разговорах между мужчинами. Посмотрите на язык, который используют мужчины. В своей книге «Мужчины об изнасиловании», которая основана на интервью с мужчинами о сексуальном насилии, Тимоти Бенеке показывает, как мужские разговоры о сексе наполнены терминами, которые представляют секс как достижение и предмет потребления: то есть, как обладание женщиной. Например:

Секс как достижение

«Я бы хотел сделать это с ней».

«Я надеюсь забить гол этой ночью».

«Я бы научил ее парочке трюков».

«Уж я с ней своего добьюсь!»

Женщина как предмет потребления

«Она мне так и не дала».

«Я держу пари, что получу ее, если постараюсь».

«Она – лучшая задница, что у меня была».

«Ты бы не хотел немного такой?»

Бенеке объясняет, что мужской язык приводит к еще большей объективации женщин, принижая их до уровня детей, животных или просто половых органов: «Эй, детка!», «Пойдем, поохотимся на кисок», «Она просто пизда».

Бенеке считает, что подобный язык, выражает те силы, которые формируют насильника. Секс становится синонимом личного достижения, любое общение с партнером является неважным или даже нежелательным (поскольку такое общение может стать препятствием для достижения мужской цели). «Если мужчина ходит на свидания с той мыслью, что секс – это достижение и обладание ценным предметом, то согласие женщины, с большой вероятностью, будет восприниматься как нечто несущественное», — пишет Бенеке.

Большинство мужчин использовали подобный язык. Многие из них отвергают подобное отношение, когда у них развиваются такие чувства как сопереживание, сострадание и любовь. Тем не менее, у большинства мужчин остаются следы такой социализации. «Не каждый мужчина – насильник, но каждый мужчина, который вырос в Америке и выучил американский английский, учится думать как насильник: структурировать свой опыт с женщинами и сексом в терминах статуса, враждебности, контроля и доминирования».

Кэсси, которую изнасиловал летом посетитель бара, в котором она работала, вспоминает, какой язык использовал этот мужчина во время нападения:

Когда он начал стягивать с меня брюки, он все повторял: «Я хочу получить кое-что», и когда я сказала, что я этого не хочу, он повторял, настаивая: «Я хочу получить кое-что!» и все продолжал говорить, что он хочет.

Было ясно, что когда он говорил «я хочу получить кое-что», он пытался убедить меня, что у него есть право получить все, что он хочет… Я была вещью, предметом, что понятно из его слова «кое-что».

Язык не только способствует тому, что мужчины объективизируют женщин, они также объективизируют и диссоциируют себя от своих собственных половых органов. Пенис мужчины становится «инструментом», часто он может даже иметь собственное имя. Он становится самостоятельным существом, обладающим собственным разумом, так что мужчина освобождается от какой-либо ответственности за его действия. Эта концепция соответствует популярному мифу о неуправляемости мужских желаний: что если мужчина сексуально возбужден, то он уже не сможет остановиться и принудит женщину к сексу. Такое представление является удобной рационализацией для мужчин, которые насилуют женщин («Видишь, до чего ты меня довела? Теперь нам придется это сделать»). Более того, диссоциация мужчины в отношении своего пениса и миф о том, что он не может нести ответственность после того, как он возбудился, позволяет обвинить саму женщину в том, что она сама возбудила его и его «друга». (В такие мифы верят не только мужчины. Исследования, проведенные среди студентов и студенток, показывают, что обе группы верят, что секс – это биологическая сила для мужчин, но не для женщин).

Эффект языка в поддержке гипермаскулинного сексуального поведения усиливается благодаря посланиям популярной культуры, например, фильмов и телевизионных программ. Эти послания часто смешивают агрессию, принуждение и секс. В фильме «Унесенные ветром» (который основан на книге, написанной женщиной) Ретт Батлер и Сакрлетт О’Хара пьют и ссорятся, выражают по отношению к друг другу явную злость. Неожиданно он подхватывает ее на руки и несет ее наверх по очень драматичной лестнице, предполагается, что в постель. «Что же происходит на следующее утро?» — спрашивает Бейтман на своем семинаре об изнасилованиях. «Она широко улыбается!» Это доказывает аудитории, что женщины на самом деле этого хотят, особенно если их схватить и применить немного силы.

Бейтман также цитирует сцену из фильма «Лихорадка субботней ночи», которая предполагает, что желания женщины нужно игнорировать. В этой сцене актер Джон Траволта только что предложил проводить женщину своей мечты домой (и желательно, до постели), но она отказывается. Так что он начинает идти по направлению к своему дому, а она идет по направлению к своему. Когда она переходит улицу, она поворачивается и кричит ему: «Не надо было спрашивать, нужно было просто это сделать». Мужчины усваивают из этой сцены, что «если будешь спрашивать, можешь потерять возможность».

Такие сценарии вовсе не являются устаревшими. Есть десятки и десятки подобных примеров. В сериале 1987 года, «Лунный свет», который предположительно ориентирован на образованную и современную аудиторию, основу сюжета составляет сексуальное напряжение между главными героями – Мэдди Хейс и Дэвидом Эддисоном, которых играют привлекательные Сибилл Шеперд и Брюс Уиллис. В течение двух лет Мэдди и Дэвид ходили вокруг да около сексуальных отношений, хотя всем зрителям было очевидно, что они этого хотят. Наконец, наступила серия, где они соединились, ABC даже запустила специальную телерекламу по этому поводу. «А произошло то, что они поссорились», — говорит Бейтман. «Она назвала его ублюдком и дала ему пощечину. Он назвал ее сукой. И вдруг они уже на полу, ломают мебель, сметают вазы с цветами. Это было страшно. Я был очень подавлен и расстроен». Респектабельные любовники дрались друг с другом несколько минут подряд, прежде чем слиться в любовном экстазе. А вне телевизионной реальности миллионы мальчиков и мужчин увидели, что это то, чего на самом деле хотят женщины – даже такие умные и независимые женщины как Мэдди. …

Сцены в фильмах и телевизионных сериалах отражают приемлемость насилия и силы в сексуальных отношениях, и напрямую связаны с изнасилованиями на свиданиях. В исследованиях, проведенных среди 201 студента коллежа, Карен Рапапорт и Барри Буркхарт обнаружили, что измерения отношения мужчины к агрессии в сексуальном контексте, позволяют предсказать, кто из них совершал изнасилования и участвовал в других формах принуждения к сексу. В исследовании учитывались следующие факторы: воспринимали ли мужчины женщин как манипуляторов и не заслуживающих доверия; до какой степени они одобряли применение силы ради получения удовлетворения; до какой степени они воспринимали определенные сексуальные ситуации как заслуживающие применения силы.

Исследование показало, насколько распространены прикосновения и другие действия, которые совершаются против воли женщины. По словам студентов колледжей, они совершали следующие действия вопреки желаниям женщины:

Целовали ее – 53%.

Клали руку ей на колено – 61%.

Клали руку ей на грудь – 69%.

Клали руку ей на бедро или пах – 58%.

Снимали или расстегивали ее верхнюю одежду – 42%.

Снимали или расстегивали ее нижнее белье – 32%.

Трогали ее гениталии – 37%.

Совершали половой акт – 15%.

Другое исследование, проведенное Альфредом Б. Хейлбруном и Морой П. Лофтус, исследовало роль садизма в сексуальной агрессии студентов колледжа. Участникам демонстрировали 36 фотографий женских лиц, выражающих счастье, удивление, злость, страх, отвращение и печаль, и затем их просили определить сексуальную привлекательность каждого изображения. Участники также заполняли анкету для измерения их уровня сексуальной агрессии.

Хейлбрун и Лофтус обнаружили, что 30% мужчин оценивали лица женщин, выражающие негативные эмоции, как более привлекательные, чем лица, выражающие удовольствие. Из этих мужчин, 60% неоднократно совершали акты сексуальной агрессии. Только 29% мужчин, которые находили более привлекательными счастливые женские лица, совершали сексуально агрессивные действия.

Очевидно, что мужчины продолжают восхищаться гипермаскулинностью, даже если их учат моральным и этическим принципам, которые ей противоречат. В самом деле, исследователь Нейл Маламут сообщает, что 30% опрошенных мужчин в его исследовании говорили, что они бы совершили изнасилование, если бы точно знали, что их не поймают. Когда в вопросе слово «изнасилование» заменили на фразу «заставить женщину заниматься сексом» — снова с оговоркой, что их не поймают – то более 50% мужчин сказали, что они бы это сделали.

Отрывки из книги Robin Warshaw “I Never Called It Rape”, 1988.

Поддержите наш проект: